Неокончательная история. Современное российское искусство - Коллектив авторов -- Искусство

В прессе группу называют скандальной и провокационной. Скандал устраивают как раз чиновники, которые несколько раз запрещали вывоз работ «Синих носов» на зарубежные выставки. А провокация — это точный термин, но только в медицинском смысле. Так врач провоцирует патогенные вирусы, затаившиеся в человеческом организме. Ставшую знаменитой работу, которую обычно называют «Целующиеся милиционеры» (2005), тогдашний министр культуры Александр Соколов запретил к вывозу за границу: тем самым он попал в неловкую ситуацию, продемонстрировав не только фатальное отсутствие чувства юмора, но и стойкую гомофобию в высших эшелонах власти. Но эта работа — ремейк граффити Бэнкси «Целующиеся полицейские» (2004), а ее настоящее название — «Эра милосердия», отсылающее к роману братьев Вайнеров, по которому поставлен знаменитый фильм «Место встречи изменить нельзя». Художники хотели сказать, что наступит такой утопический мир, где не будет преступности, насилия и злобы, и каждый возлюбит своего ближнего. Таким образом, исследовательская программа Вячеслава Мизина и Александра Шабурова с треском провалилась. Из пелены посткапитализма, постинформационного, постисторического и постполитического общества проступают очень неприятные образы.

Андрей Ковалёв

Целующиеся милиционеры (Эра милосердия). 2005. Фотография. Предоставлено художниками

Из серии «Маски-шоу». 2000. Фотография. Предоставлено художниками

Кухонный супрематизм. 2005. Инсталляция. Предоставлено художниками

Владимир Логутов

Художник, изучающий зрителя

Род. 1980, Самара. Организатор и участник группы «Лаборатория». Лауреат конкурса «Инновация» (2018). Работы находятся в ГТГ, ММОМА, Frac Bretagne и др. Живет и работает в Москве. logutov.ru

Главная цель, которую ставит перед собой Владимир Логутов, — сделать зрителя активным соавтором и интеллектуальным участником произведения искусства.

В основе его видеоработы «Сумерки» (2005) повседневная мизансцена выглядит так, будто зафиксирована камерой видеонаблюдения — грязный перекресток, машины, люди. Логутов разрывает поток их движения мельчайшими сбоями, которые называет артефактами. Люди исчезают; у прохожего нет головы; в гул машин вклинивается непонятно откуда взявшийся крик чаек и шум прибоя. Он тактично манипулирует зрительским вниманием, заставляя всматриваться в ничем не примечательную повседневность, лишь слегка модифицированную художником.

В видео «Ненужные» (2006) три молодых человека, по виду — парни из предместья, непонятно с какой целью прыгают на городской улице. Но только тот, кто внимательно присмотрится к этой вполне бытовой зарисовке, заметит, что двигаются они с разной скоростью, и каждый из них находится в своем пространственно-временном потоке, выключенном из мерного течения городской жизни. И даже такая незатейливая на первый взгляд сценка потребовала ювелирной компьютерной обработки.

В видео «Ожидание» (2006) сюжет совсем не бытовой: любители музыки на ступеньках Оперного театра в Самаре ждут появления своего кумира — великого певца Дмитрия Хворостовского. Они так сосредоточены, что не замечают камеру, которая медленно движется вдоль их сомкнутых рядов. Постепенно понимаешь, что проезжала камера не один и не два раза — путем сложного компьютерного монтажа Логутов выстроил какую-то бесконечную панораму с многими тысячами персонажей. В действительности же это одни и те же люди, просто у них немного меняются позы. Логутов предлагает зрителю усомниться в реальности даже самых простых, на первый взгляд, изображений и начать спрашивать, как это сделано.

Провокация зрительского внимания стала основным импульсом его персональной выставки «Дополнительный элемент» (2007). Несколько «картинных» циклов объединены идеей подмены искусства на его изнаночную сторону: следы обратного конца графического карандаша при рисовании анатомического атласа (серия «Негативное рисование») или испорченные холсты, представленные как абстрактная живопись (серия «Брак»). В серии вполне традиционных холстов «Тени» собственно «изображения» как такового и не было — зритель видел только тени зрителей на какой-то выставке. Владимир поясняет, что «сама картина является следом чьего-то прошлого присутствия, и ничем больше». То есть в данном случае в своих исследованиях Логутов наследует самому Марселю Дюшану, который неоднократно повторял, что именно участие зрителя создает картину.

Тяжелые и брутальные металлические части проекта «Руины индустриального» (2013) также требуют от зрителя постоянно мучиться вопросом, как же это сделано. Кто и как столь изощренно скрутил железнодорожные рельсы? И опять можно легко попасться на типичную логутовскую обманку: при ближайшем рассмотрении то, что виделось скомканными кусками строительной сетки, оказывалось плоскими стальными листами, в которых филигранно выпилены отверстия, создающие иллюзию объема. Для создания мрачного и безысходного музея индустриального апокалипсиса пришлось обратиться высокотехнологичным производствам.

Зрители в инсталляции Владимира Логутова «Следующий уровень» в Центре современного искусства «Винзавод», Москва. 2017. Предоставлено художником

В кураторской практике Владимир Логутов воплощает обратный принцип. Выставка «Не музей. *Лаборатория эстетических подозрений» (2014) прошла в здании заброшенной поликлиники и стала исследованием позиции зрителя в пространстве, альтернативном белому кубу галереи. Границы искусства и не-искусства размывались, а зрителю самому приходилось решать, что перед ним, прислушиваясь к своему, в терминологии Логутова, «эстетическому подозрению». «Мы призываем к переориентации зрителя, который ‹…› готов увидеть и понять, готов достраивать и производить смыслы», — писал он. И только присутствие такого зрителя способно наделить объекты, вышедшие за пределы музейных стен, статусом художественного произведения.

Бесконечная рефлексия над феноменом выставки, объекта и зрителя, их умножение, взгляд на эти составляющие с разных точек зрения, от приближения до остранения, позволяет художнику создать захватывающий нарратив не только о жизни и смерти картины, но и о длительности зрительского восприятия, без которого произведение искусства состояться не может и которое таким образом становится центральным объектом (и субъектом) экспозиции.

Елена Ищенко, Андрей Ковалев

№ 3. Из серии «Рельсы». 2013. Металл. Предоставлено художником

Ненужные. 2006. Видео. Предоставлено художником

Из серии «Встречи». 2015. Смешанная техника. Предоставлено художником

Ожидание. 2006. Видео. Предоставлено художником

Ирина Корина

Эстетика евроремонта

Род. 1977, Москва. Окончила РАТИ-ГИТИС и ИПСИ. Участница Венецианской биеннале (павильон России, 2009; основной проект, 2017). Лауреат конкурса «Инновация» (2008, 2015). Работы находятся в ГТГ, ММОМА, M HKA и др. Живет и работает в Москве. irinakorina.com

Ирина Корина по первому образованию художник театра. Она перенесла свои театральные знания и умения в область современного искусства и стала одним из самых изощренных российских мастеров инсталляции. Корина говорит: «Мне не хочется, чтобы мои инсталляции выглядели как театр без актера и режиссера».

В